«У них бывает такое состояние, как это называется — легкая и тяжелая гипогликемия. При легкой гипогликемии, это низкий уровень сахара в крови, дети с сахарным диабетом, в принципе, сами могут себе помочь. При тяжелой гипогликемии, когда ребенок потерял сознание, ребенок сам себе помочь не может. Поэтому ему требуется помощь со стороны».
«На ребенка приходится очень много гаджетов одевать. У нас есть гаджеты на руке, мы носим сенсор для мониторинга сахара. Есть и трансмиттер, и помпа на поясе. Мы носим с собой сумочку, в которой есть телефон».
«Это вот такие, видите, да, часы? Там у нас есть сахара, то есть мы постоянно мониторим сахар у ребенка удаленно. Через ее телефон и через наши телефоны».
«Мы узнали его функции, то есть туда можно внести определенную информацию, которая может пригодиться. И мы, соответственно, заказали этот браслет, внесли информацию, что „У меня сахарный диабет первого типа, телефон моей мамы, если я потерял сознание, мне станет плохо — вызовите скорую помощь“».
«И мы получили, посмотрели, что можно вбить, но там очень ограниченное количество символов. Дает только телефон мамы и ФИО самого ребенка. Остальное прям 2-3 слова, можно добить, что у тебя диабет».
«Я говорю, чаще всего, подругам, друзьям. Я говорю про то, что, если что, у меня есть диабет, то что у меня есть датчики. И, если что-нибудь случится, чтобы, если что, знали».
«Только сегодня одноклассники спрашивали, что это. Я не рассказал, не знаю, что это, как это назвать».
«Невозможно предугадать ситуацию, которая возникнет через определенное количество времени, даже находясь вместе с родителем. Ребенок в любую минуту может остаться один, потому что, тем более, это взрослый ребенок, его постоянно за собой водить не будешь».